Оценить

7 апреля в 1989 года, субмарина «Комсомолец», возвращаясь с боевой службы, затонула в Норвежском море в районе острова Медвежий. АПЛ погибла в результате пожара, с которым экипаж боролся несколько часов, но справиться со стихией так и не смог.

Из 69 членов экипажа погибли 42, включая командира подлодки Евгения Ванина. Все моряки были награждены орденами Боевого Красного Знамени, в том числе и посмертно.

В мае 1983 года в Северодвинске была спущена на воду опытная глубоководная атомная подводная лодка (АПЛ) проекта 685. К-278, впоследствии названная «Комсомолец», была единственной лодкой этого класса. Строилась лодка необычайно долго, и на флоте ее прозвали «золотой рыбкой». Корпус был изготовлен из чистого титана, и в ходе освоения этого металла возникало множество трудностей. Он агрессивен к другим металлам, и сопряжение титановых конструкций с серийным оборудованием требовало новых технических решений. При насыщении титана водородом образовывались трещины, поэтому сварка производилась в особой газовой среде. Имея глубину погружения до 1000 м, «Комсомолец» являлся самой глубоководной боевой подводной лодкой в мире. Небывалый в истории подводного плавания рекорд был установлен 5 августа 1984 г. По словам штурмана «Комсомольца» капитана 3 ранга Александра Бородина, обжатие было таким, что койку выгнуло, как лук. Гидроакустик, который слушал погружение лодки с обеспечивающего надводного корабля, рассказывал: «Я из-за вас чуть не поседел… Стоял такой скрип, такой скрежет…» В то же время это была наименее шумная советская атомная лодка. На борту К-278 была одна ядерная установка, а вооружение включало торпеды и ракеты, которые могли запускаться из торпедных аппаратов, расположеных в носовой части. Несмотря на наличие ядерного вооружения, лодка не предназначалась для нанесения ядерных ударов по берегу: ее боевая задача заключалась в защите от подводных ракетоносцев противника — «убийц городов». Лодка была оснащена всплывающей спасательной камерой для всего экипажа, установленной в средней части рубки. Уникальный титановый корабль сравнивался с орбитальной космической станцией. Его основное назначение состояло в изучении комплекса научно-технических и океанологических проблем. Он был одновременно лабораторией, испытательным стендом и прототипом для будущих кораблей подводного флота.

Технический проект был утвержден в декабре 1974 года. Строительство лодки велось на крупнейшей военной верфи “Севмашпредприятие” в Северодвинске Архангельской области. В августе 1983 года лодка была спущена на воду, а 5 августа 1984 года, по завершении достроечных работ на плаву, передана 1-й флотилии Северного флота. Еще в период ходовых испытаний, имея на борту конструкторов и строителей, лодка погрузилась на 1040 метров, установив абсолютный рекорд по глубине для боевых кораблей подводного плавания.

Атомоход построили в единственном экземпляре, чтобы обкатать корабль и его команды — основную и сменную — на больших глубинах. В перспективе на основе “проекта 685? предполагалось создавать глубоководные подводные лодки более совершенной модификации.

За пять лет службы в составе объединения “Комсомолец” с основным экипажем неоднократно погружался на глубину 1000 метров. Сомнений в надежности корабля ни у кого не возникало.

Основные тактико-технические данные:

водоизмещение надводное — 7800 т;

водоизмещение подводное — 9700 т;

длина — 110 м;

ширина — ок.12 м;

энергетическая установка — реактора водо-водянного типа;

скорость подводная — 26 узлов, (по другим данным 36-38 узлов);

глубина погружения — до 1000 м;

вооружение — 6 носовых ТА для торпед и ракето-торпед;

экипаж — ок. 65 человек

28 февраля 1989 года лодка К-278, получившая с основным экипажем весьма почитаемое на флоте звание “отличный корабль” с правом ношения соответствующего знака на надстройке и наименование, под которым известна ныне, приняла на борт сменный экипаж и вышла в очередное автономное плавание.

7 апреля 1989 года, находясь на боевой службе, К-278 следовала на глубине 386 метров со скоростью 6-8 узлов. Утром боевая смена несла вахту в обычном режиме.

В 11.00 вахтенный, капитан-лейтенант Александр Верезгов, принял доклады из отсеков. Из седьмого матрос Нодари Бухникашвили доложил: “Седьмой осмотрен, сопротивление изоляции и газовый состав воздуха в норме. Замечаний нет”. Это были его последние слова.

Между 11.00 и 11.03 в кормовом отсеке начался пожар. В 11.03 на пульте вахтенного механика зажегся сигнал: “Температура в седьмом отсеке больше 70 градусов”. Вахтенный механик, капитан 3-го ранга Вячеслав Юдин, немедленно объявил: “Аварийная тревога”. На главном командном пункте инженер-механик, капитан 2-го ранга Валентин Бабенко, пытался связаться с аварийным седьмым отсеком по общекорабельной связи. Седьмой не отвечал. Командир подлодки, капитан 1-го ранга Евгений Ванин, в считанные секунды принял единственно правильное в данной ситуации решение: применить в аварийном отсеке лодочную объемную химическую систему пожаротушения (ЛОХ). Но система, которая в теории должна нейтрализовать пожар высокой интенсивности, оказалась бессильной перед разыгравшейся стихией. От резкого повышения температуры нарушилась герметизация трубопровода высокого давления, и аварийный отсек сразу же превратился в подобие мартеновской печи.

Огонь перекинулся на шестой отсек. Немедленно был остановлен парогенератор. Левый турбогенератор отключился сам. Сработала автоматическая защита реактора. В дополнение к этому заклинило вертикальный руль, прервалась межотсечная связь, повредилась система шланговых дыхательных аппаратов, в результате чего часть экипажа получила тяжелое отравление.

Лодка, увеличивая ход, стала всплывать. Однако на глубине около 150 метров сработала аварийная защита реактора, и К-278 потеряла ход.

Командир корабля капитан 1-го ранга Е.А.Ванин сообщил об этом в штаб Северного флота. В воздух поднята авиация, в район бедствия направлены самые быстроходные корабли ВМФ СССР, включая атомный ракетный крейсер «Киров». Из близлежащих районов на помощь вышли гидрографическое судно «Колгуев» и плавбаза «Алексей Хлобыстов».

12.26 — лодка начала подавать закодированные сигналы бедствия, которые не могли быть принятыми иностранными спасательными службами.

14.20 — командир самолета-спасателя установил связь с командиром подлодки. С лодки доложили, что, хотя пожар продолжается, он контролируется экипажем, который не дает огню разрастись. Просьб никаких нет.

Когда “Комсомолец” всплыл, экипаж сумел локализовать пожар в седьмом отсеке, дать в шестой отсек фреон и загерметизировать остальные.

14.40 — экипаж самолета-спасателя обнаружил подводную лодку. Она стояла без движения строго с севера на юг с едва уловимым креном на правый борт. У левого борта в районе 6-го и 7-го отсеков наблюдалось обильное вспенивание воды. Из боевой рубки, отклоняемый ветром, тянулся хвост светлого дыма.

Одного за другим аварийные партии вытаскивали обгоревших и отравившихся моряков на свежий воздух. Врач, старший лейтенант Леонид Заяц, ни на минуту не останавливаясь, делал искусственное дыхание морякам. Большая часть экипажа была выведена наверх. Многих удалось вернуть к жизни. Но они, ослабевшие и еще не пришедшие в себя, погибнут позже в холодной воде, когда от каждого потребуются нечеловеческие усилия. На палубе курили молча, глотая дым со слезами. Из седьмого отсека продолжал густо валить пар. “Видимо, там образовалась брешь, — считает моряк Семен Григорян, — сквозь которую хлынула вода. В том месте, думаю, выгорели кабельные тросы, которые выходили наружу”.

Казалось, самое страшное позади. Никто не думал, что через несколько часов все окажутся в ледяной воде Норвежского моря.

14.50 — к этому времени в воздухе находятся уже 3 самолета. Два других, расположившись в небе между Медвежьим и Мурманском, ретранслировали переговоры командира лодки и штаба флота, а также наводили надводные суда в район аварии. Их капитаны расчитали примерное время прибытия — 18 часов.

15.20 — на лодке продолжается борьба с огнем. Ее командир постоянно держит связь через самолеты с берегом. Настроение у него уверенное, поступила лишь одна просьба — нужно буксиру подойти к ним. Это могло означать лишь одно: подлодка потеряла ход. Видимо, опасаясь последствий пожара, на ней заглушили реактор.

16.00 — командир лодки неожиданно запросил фреон. Самолет-спасатель связался с судами, те обещали подыскать в своих запасах нужное количество.

16.35 — летчики вдруг заметили, что лодка начала оседать на корму. С этого момента события стали развиваться стремительно.

От высокой температуры прогорели сальники трубопроводов, связывающих внутренние помещения лодки с забортной средой. Вода стала быстро распространяться по отсекам, смежным с аварийными. Стало ясно, что нарушена герметичность прочного корпуса. Вероятно, титановая обшивка не выдержала перепада температур (несколько сот градусов в седьмом отсеке и всего плюс два за бортом). Лодка всплыла, но положение ее с каждой минутой становилось все более опасным: кормовая часть на глазах уходила в воду, а нос вздымался все выше и выше. Стало ясно, что надежд спасти ее нет.

“Всем покинуть отсеки! Плоты на воду!” — приказал командир корабля. Семен Григорян стал отсоединять их от корпуса лодки — на это ушло слишком много времени. Крепления не поддавались. Корабль тонул, кормовой частью заваливаясь вниз. Моряки бросились в ледяную воду. Наконец плот удалось отсоединить, но его отнесло от лодки волной.

Моряки стали прыгать в ледяную воду. Кому повезло, тот успел забраться на спасательный плот. Остальным оставалось надеяться на прибытие спасательных кораблей.

16.44 — Подводная лодка погружается с сильным дифферентом на корму. Вода подступила к основанию боевой рубки.

16.47 — боевая рубка наполовину скрылась в воде.

16.50 — командир подлодки передает радиограмму: «Готовлю к эвакуации 69 человек».

17.00 — рядом с лодкой показались два развернутых аварийно-спасательных плотика, на 20 человек каждый. Из лодки непрерывным потоком начали эвакуироваться моряки.

Самолет-разведчик «Орион» с базы ВВС Норвегии в Андё получил приказ вылететь в район острова Медвежий для выяснения ситуации.

17.08 — подводная лодка затонула на глубине 1685 метров. Экипаж, за исключением 4 человек, погибших на пожаре, оказался в воде, температура которй плюс 2 градуса.

17.30 — министр обороны Норвегии Ю.Й.Хольст получил информацию о пожаре на советской подлодке по собственным военным каналам.

17.50 — Норвежский «Орион» прибыл в район бедствия, где обнаружил плотик, облепленный людьми, и в 100 м от него — два безжизненных тела.

18.20 — 30 из оставшихся в живых моряков подняты на борт плавбазы «Алексей Хлобыстов». Трое из них умерли по пути в Североморск. Из 69 членов экипажа К-278 «Комсомолец» в живых осталось 27 человек.

В настоящий момент лодка лежит на дне Норвежского моря в 180 км юго-западнее острова Медвежий (точные координаты: 73 град 43 мин 47 сек северной широты; 13 град 15 мин 84 сек восточной долготы) на ровном киле на глубине 1685 метров, осев в грунт на 2 метра. Рядом лежат корабельные часы, их стрелки остановились на 17.27 . . .

Эй! Моряк, почитай и это:



Добавить комментарий