Оценить

В начале ХХ века итальянская фирма “Фиат” занималась серийной постройкой небольших ПЛ береговой обороны. Создал эту оригинальную конструкцию, совершенствовавшуюся от серии к серии, инженер Чезаре Лауренти, именем которого и назвали все 40 ПЛ, построенных к 1917 г. Еще в 1904 – 1909 гг. в строй итальянского флота вошли 6 ПЛ типа “Глауко”, а в 1907 г. такая же ПЛ “Фока”, но увеличенных размеров. Ее гибель, связанная с применением опасных бензиновых моторов, привела к строительству дизельных ПЛ. Первой была создана фирмой “Фиат” в 1910 г. на основе проекта ПЛ “Фока” ПЛ “Хвален” для шведских ВМС. В 1911 – 1913 гг. фирма построила по новому проекту 8 ПЛ типа “Медуза” для итальянского флота и 3 ПЛ для Португалии. По модернизированному проекту (“улучшенная “Медуза”) за 1913 – 1918 гг. строилось наибольшее количество ПЛ: для Бразилии – 3 ПЛ (1913 – 1914 гг.), для Испании – 21 ПЛ (“F-1” – “F-21”), еще 3 ПЛ для Италии (“S-1” – “S-3”) строились по видоизмененному проекту на британских верфях. Такова вкратце прелюдия создания ПЛ “Святой Георгий”.

Впервые с ПЛ типа “Фиат” , как их называли в российской документации, в России ознакомились по проекту фирмы, выдвигавшемуся на конкурс 1906 г. при разработке малой прибрежной ПЛ для флота балтийского моря. В январе 1914 г. находившийся в Санкт-Петербурге директор фирмы предложил Морскому министерству приобрести одну из “улучшенных2 ПЛ типа “Медуза”, строившуюся на верфи Сан-Джорджиа в Специи. Приняв предложение, ГУК командировал в Италию для ознакомления с новой конструкцией начальника подводной части генерал-майора Е.П.Елисеева,, корабельного инженера штабс-капитана Б.М.Журавлева и представителя МГШ лейтенанта-подводника Н.К.Нордштейна. В конце марта они прибыли в Специю, осмотрели находившуюся в эллинге почти готовую ПЛ, намеченную к продаже, а также стоящую на воде бразильскую ПЛ. Детальным осмотром ПЛ и согласованием спецификации занимался Б.М.Журавлев.

Основная конструктивная особенность всех ПЛ типа “Лауренти” – наличие двойного прочного корпуса, занимавшего две трети длины. Водяной балласт располагался в междукорпусном пространстве, которое разделялось по высоте на 2 части наклонной платформой с прогибью. С обоих бортов верхняя цистерна снабжалась клапанами, располагавшимися на уровне грузовой ватерлинии и непосредственно сообщавшимися с забортной водой. При погружении заполнялись водой как верхние, так и нижние части междукорпусного пространства, для чего клапаны открывались одновременно. В момент всплытия достаточно было откачать (продуть) балласт нижних цистерн, верхняя часть опорожнялась автоматически по мере всплытия ПЛ.

Расстояние между корпусами одинаковой “миноносной” формы составляло 0,15 – 0,3 м, толщина наружной обшивки – 8,5 – 11 мм, внутренней обшивки – 10 мм. Корпус разделялся поперечными водонепроницаемыми переборками на 9 отсеков, что обеспечивало одноотсечную непотопляемость ПЛ при надводной аварии или на глубине до 10 м. Две переборки “высокого давления” выдерживали напор воды на глубине до 20 м. В отсеке, образованном этими переборками, находилась в подводном положении вся команда, кроме двух торпедистов в носовом отсеке. Двери в переборках открывались в сторону оконечностей. Дифферентные цистерны в носу и в корме (вне прочного корпуса) сообщались трубопроводом, балласт между ними перекачивался электропомпой, вода из цистерн удалялась посредством сжатого воздуха или помп. Энергетическая установка – двухвальная, на каждый вал работал свой электродвигатель и дизель. Установленные последовательно в самой широкой части корпуса. Аккумуляторные батареи размещались двумя изолированными группами в оконечностях, вне прочного корпуса. Центральный пост во время плавания занимали командир, рулевые, минно-машинный старшина. Отсюда продувались цистерны, велось наблюдение из двух перископов, здесь же находились электрический лаг, гирокомпас системы “Сперри”, два магнитных компаса, аппаратура подводной сигнализации и радиостанция.
В центральной части (0,65 длины ПЛ) над корпусом простиралась проницаемая надстройка, склепанная из 4 – 5-мм стальных листов.
Для улучшения мореходности шпигаты закрывались специальными заглушками с помощью тяг, приводившихся в действие с палубы. Кормовые и носовые горизонтальные рули убирались в надводном положении в надстройку, на случай аварийного всплытия предусматривались два “отрывных” киля весом по 6 т и специальные 100-тонные рымы для подъема ПЛ. В двух носовых торпедных аппаратах находилось по одной торпеде калибра 450 мм, а две запасные хранились в носовом отсеке над группой аккумуляторов. Б.М.Журавлев предлагал дополнить это вооружение четырьмя палубными аппаратами Джевецкого и устройством (тоже на палубе) для постановки мин заграждения.

Детально ознакомившись с обеими ПЛ типа “Лауренти” и результатами испытаний 1913 г. первой из бразильских ПЛ, штабс-капитан отметил чрезмерную остойчивость ПЛ такого типа в надводном положении, недостаточную всхожесть на волну, а также тяжелые условия для личного экипажа – теснота, плохая отделка помещений, наличие только четырех постоянных коек на экипаж из 17 человек.
На испытаниях (1913 г.) ПЛ показала надводную скорость 15 узлов, на 6-часовом пробеге – 13,5 узла, причем дальность плавания составила 800 миль, а на экономичном ходу (8,5 уз) – 1760 миль. Под водой ПЛ прошла 31 милю со скоростью 10 узлов. Полное погружение при одном работающем дизеле (скорость 9Ю,% узлов) до перехода на подводный ход под обоими электромоторами (7,2 уз) занимало 6,5 минут, а всплытие с 5-метровой глубины с теми же скоростями – 5 минут.

Весьма понравился российским специалистам метод постройки ПЛ, заключавшийся в параллельном сооружении деревянной модели средней части корпуса в натуральную величину с размещением макетов всех механизмов и оборудования. Это позволяло значительно ускорить работы, особенно по монтажу трубопроводов и устройств.

На основании подписанного 22 мая 1913 г. официально контракта спецификация осталась итальянской, за исключением конструкции торпедных аппаратов, которые предполагалось приспособить под российские торпеды. На испытания отводилось 2 месяца. Общая стоимость ПЛ с доставкой в Севастополь составляла 687, 5 тыс. рублей. Оплату оговаривалось произвести после окончательной приемки. Одновременно с подписанием документов командиром ПЛ назначили лейтенанта Д.Д.Кочетова, ранее командовавшего ПЛ “Почтовый” и ПЛ “Карп”, а председателем комиссии – капитана 2 ранга А.Н.Быкова.
22 июня ПЛ (заводской № 43) спустили на воду в высокой степени готовности. В тот же день состоялись пробы электромоторов на швартовах. 2 июля начались испытания в присутствии российской комиссии, в том числе и командира ПЛ. Обе стороны торопились, но до приемки дело не дошло – 15 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии, через 4 дня Германия объявила войну России. Началась Первая мировая война.

Морское министерство пыталось дипломатическим путем добиться перевода ПЛ в ближайший французский порт, однако правительство Италии закрыло выход из Специи, описало завод. Ссылаясь на соответствующие статьи Гаагской конференции, оно подтвердило невозможность продажи корабля воюющей державе. Российский военный агент (атташе) В.И.Дмитриев писал, что: “… это ставило завод в невозможность исполнения желания нашего министерства прямым и легитимным путем…” Тем не менее в начале октября 1914 г. командир заводской команды ПЛ “43” мичман запаса Анжело Беллони привел ПЛ вместе со сдаточным экипажем сначала к берегам французского острова Корсика, а затем направился в сторону британского острова Мальта. Однако из-за разыгравшейся непогоды и недовольства команды, боявшейся лишиться работы, пришлось возвратиться на Корсику. ПЛ вернули заводу. 18 февраля 1915 г. ПЛ вошла в состав итальянского ВМФ под названием “Арганаута” Она участвовала в боевых действиях на Средиземном море, в рискованных походах по разведке минных заграждений. 28 марта 1928 г. была исключена из списков флота Италии.

В конце 1914 г. фирма “Фиат” предложила Морскому министерству России построить и сохранить до конца войны другую ПЛ. Учитывая мнение специалистов-подводников ГУКа о ее техническом совершенстве и необходимости на флоте, контракт с заводом решили продлить, срок готовности переносился на 1 января 1916 г..
Однако продолжавшаяся война нарушила и эти планы. Речь о новой ПЛ типа “Лауренти” зашла лишь после того, как возникла необходимость в ПЛ для создававшейся флотилии Северного ледовитого океана. Обе стороны договорились о поставке одной ПЛ за повышенную цену, что объяснялось более совершенной конструкцией корпуса, механизмов и оборудования. Официальное решение о заказе было принято 25 октября 1916 г.

Командиром ПЛ назначили старшего лейтенанта И.И.Ризнича, предложившего набрать команду из возглавлявшегося им дивизиона ПЛ особого назначения, две из которых (“№ 1” и “№ 2”) находились на Севере, а одна (“№ 3”) на Дунае. В конце февраля 1917 г. основная часть моряков (12 человек) во главе с И.И.Ризничем и подпоручиком М.А.Мычелкиным отправилась из Мурманска через порты Англии и Франции в Италию. Тем же путем чуть позже отбыл третий офицер – лейтенант А.Э.Ропп. В марте командированные добрались до Специи, а 8 апреля ПЛ, получившая название “Святой Георгий” , благополучно сошла на воду. В России ей предполагали присвоить литеру “Ф-1”, но по настоянию командира заводское название удалось сохранить.

По размерам и конструкции эта ПЛ фактически повторяла тип “F”, несколько отличаясь от ПЛ “Арганаута”. Так, двойной корпус продлили в корму до фундаментов электромоторов, в целях повышения дальности плавания часть главных балластных цистерн приспособили для приема добавочного топлива. Установили усовершенствованные 6-цилиндровые двухтактные дизели мощностью по 360 л.с. и 4 главных электромотора по 125 л.с. каждый. Два новых четырехтактных воздушных компрессора по 30 л.с. , шпиль якорного устройства снабдили электроприводом. Подъем перископов также обеспечивался с помощью электромоторов. Горизонтальными рулями можно было управлять не только с центрального поста, но и с мостика, который несколько расширили. Вооружение дополнили 47-мм орудием, торпедные аппараты оставили итальянскими. Суммарная стоимость ПЛ с артиллерией, четырьмя торпедами, дополнительным снаряжением и снабжением составила чуть менее 1 млн. рублей.

Подняв 7 мая 1917 г. российский флаг и вымпел ПЛ “Святой Георгий” начала кампанию, хотя еще более месяца ушло на окончательную достройку, испытания, обучение команды. 13 июня ПЛ в сопровождении парохода перешла в Геную для последних приготовлений к длительному переходу, начавшемуся 18 июня. Менялись страны, порты, конвоиры, и ПЛ “Святой Георгий” с каждым днем приближалась к России. И вот, наконец, без происшествий прошли Северное море и, следуя безостановочно вдоль норвежских берегов, 4 сентября достигли мыса Нордкап. Несмотря на шквалистый ветер ПЛ и сопровождавший ее британский тральщик “Айсленд” через двое суток стали на рейде порта Йоканьга. Переждав шторм, корабли 8 сентября 1917 г. вошли в белое море, а на следующий день благополучно отшвартовались у Соборной пристани Архангельска.

Новый корабль посетили все высшие офицеры флотилии Северного ледовитого океана, состоялось даже показательное погружение на реке Северная Двина. Морской министр издал специальный приказ, в котором отмечался блестящий переход протяженностью более 5000 миль, совершенный ПЛ малого водоизмещения “через целый ряд зон расположения неприятельских подводных лодок, минных заграждений…”. Подводники были удостоены наград. К сожалению, этот прославленный поход так и остался единственным реальным действием ПЛ “Святой Георгий”. 12 сентября 1917 г. из Архангельска последовало тревожное сообщение от руководства флотилии о невозможности использования ПЛ в холодных северных водах. В конце октября ее поставили в док судоремонтного завода. Специальная комиссия МГШ единодушно признала ПЛ небоеспособной и предложила отправить ее на Балтику.
Объяснялось такое решение следующим: по конструктивным особенностям она не могла действовать при температуре ниже ноль градусов, т.к. часть трубопроводов находилась в надстройке выше ватерлинии, там же – и два масляных холодильника. При обмерзании (обледенении) заглушек шпигатов надстройки погружение становилось невозможным. Во внутренних помещениях отсутствовала не только теплоизоляция, но и действенная система отопления. Специалисты рекомендовали использовать ПЛ исключительно на Балтийском или черном море в летнее время и вблизи баз. Выводы комиссии послужили основанием для окончательного отказа Морского министерства от приобретения еще двух ПЛ типа “Лауренти”.

Весной 1918 г. ПЛ “Святой Георгий” начали приводить в порядок в преддверии перевода по водной системе на Балтику, но вскоре интервенты захватили Архангельск. Командование белой флотилии назначило свою комиссию, ничего нового, однако, не решившую. За зиму частично сохранившийся экипаж и судоремонтники окончательно привели ПЛ в боеспособное состояние.

Весной 1919 г. ее командир лейтенант П.И.Лазаревич предложил использовать ПЛ “Святой Георгий”, отличавшейся хорошей мореходностью и дальностью плавания, на охране промыслов, однако его идею не поддержали. Переброшенная в ноябре в Мурманск ПЛ “Святой Георгий” отстаивалась до прихода частей Красной Армии.

В мае 1920 г. ПЛ включили в состав советских ВМС на Севере под названием “Коммунар”, затем отправили в Архангельск, где ее отремонтировали в доке, вооружили двумя пулеметами. В августе – сентябре ПЛ “Коммунар” со своей плавбазой “Соколица”дважды выходила в практическое плавание в южную часть Белого моря, а зимовать ушла в Мурманск. Летом 1921 г. снова возник план перевода ПЛ на Балтику, но в августе ПЛ законсервировали и сдали на длительное хранение в Архангельский военный порт. Обследование ПЛ в 1923 г. показало, что долго находившаяся на плаву без присмотра в затоне ПЛ получила ряд повреждений, часть механизмов пропала.

5 июня 1924 г. ПЛ списали, передав в фондовую комиссию “на реализацию”, но оттуда она попала в ЭПРОН и еще несколько лет использовалась в качестве понтона для подъема затонувших на Севере судов.

Эй! Моряк, почитай и это:



Добавить комментарий